В середине фильма Трудности перевода (Lost in Translation), муж-фотограф упрекает героиню Скарлетт Йохансон - «не все же учились в Йеле», как будто к диплому знаменитого университета прилагается абонемент на надменность по отношению к тем, кто учился в местах не столь восхваленных. В идеале, диплом это всего лишь формальность, приложение к усердию и таланту. Истинной жажде знаний, теоретически, покоряются любые трудности и посредственность учебного заведения не должна становиться ограничением для пытливого ума. Однако тщеславие, в той или иной степени, присуще человеку современному и гордые названия Оксфорд, Гарвард, Кембридж, Принстон вызывают пусть зависть, но и любопытство тоже.
Бок-о-бок с Бостоном, отделенный от него рекой Чарльз, расположен городок Кембридж. В цифрах – 18,5 квадратных километров, восьмую часть территории занимают кампусы Гарвардского университета и Массачусетского технологического института, а при 106 тысячах жителей, четверть - студенты. Сам город очень смахивает на коллаж: концентрация заведений с фантастическими названиями зашкаливает даже в сравнении с творческим Бостоном, здание красного кирпича с выцветшими бирюзовыми балконами и надписью "KENNEDY 1890" – бывшая паровая булочная, приземистое здание кофейни растаманской расцветки, почти на каждом шагу неоготические церкви, улицы Виндзор, Массачусетс, Квинси, Бродвей, индийский бар (!?), буддийские молитвенные флажки, магазины молодежной одежды, увитые сухим плющом жилые дома на узких боковых улочках, заманчивые лавочки «все для творчества», снова десятки кофеен и булочных, книжные магазины – по одному на каждого жителя, узкие выходы метро, департамент полиции – гибрид Колизея и арсенала, современные конструкции за гранью моих познаний архитектурных стилей. Впечатление от двадцатиминутной прогулки по одной улице, словно на скорости пронесся через два десятка стран.
Сам Гарвард пестрит не меньшим разнообразием. Состоящий из нескольких комплексов, пронизанный улицами, проспектами, пешеходными мостами - невозможно сосчитать, сколько элементов в этой мозаике. В самой старой его части – Гарвардском дворе, ограниченном со всех сторон черным забором из тонких прутьев, сплетающихся в 27 арок-входов по всему периметру, среди повсеместной зелени (даже в средине января), нет цельности. Старинные здания красного кирпича разбавлены светлым – белым, бежевым, персиковым, оливковым. Факультет искусств и наук, факультет философии, офис президента университета, офисы деканов, прочие административные здания, храм-памятник, часовня, комплекс библиотек, «актовый зал» и целые здания-аудитории, кофейня – все это лишь малая часть гарвардской империи.
Здесь же и памятник отцу-основателю университета – Джону Гарварду, торжественно и гордо восседающему на троне под развевающимся американским флагом. Табличка под статуей гласит: «Джон Гарвард, основатель, 1638». Для университета, чей девиз Veritas (правда), особенно примечательно второе название памятника - «Статуя тройной лжи». Ведь сидящий - не Джон Гарвард, а студент университета Шерман Хор, скульптурогеничный потомок первых пуритан. Лондонцу Джону Гарварду не очень повезло, после переезда в Новую Англию он прожил всего лишь год. Половину своего состояния и часть библиотеки завещал основанному в 1636 году колледжу, став его первым благодетелем, в благодарность за что колледж и называют его именем в 1639 году.
Но мои надежды успеть за день осмотреться в Гарварде, обойти МТИ, пройтись по бостонской набережной, завершив прогулку необычным ужином в китайском квартале – в этот день обречены на провал. Впереди - гарвардский музей естественной истории, который не оставит мне шанса.
No comments:
Post a Comment